Русская Православная Церковь
Московский Патриархат

Календарь
новомучеников
Документы, публикации

Архимандрит Ианнуарий (Ивлиев), «Библейский взгляд на святость Бога и святость людей»

Архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)

профессор СПбДА,

член Синодальной комиссии по канонизации святых,

клирик Санкт-Петербургской епархии

 

Библейский взгляд на святость Бога и святость людей

I. Святость в Ветхом Завете

Для понятий «святой, святое, освящать» в книгах Священного Писания Ветхого Завета чаще всего используются слова с корнем qdš (кадош). Святое – это нечто возвышенное, выходящее за рамки обычного, освященное и неприкосновенное. Святость есть, прежде всего, положительное нравственное свойство Бога. Святость может относиться и к нравственному состоянию людей, предполагая определенную связь с Богом, ассоциируясь с чистотой и непорочностью, в противоположность греховности. Святость есть также положительное культовое состояние людей, вещей, мест, и времени. Святость может быть неотъемлемым свойством или достигаться ритуальными средствами. Она определяется, с одной стороны, как совместимость с Богом и Его божественными свойствами, а с другой стороны, как нечто, чему угрожает «осквернение, нечистота». В Библии Ветхого Завета самый богатый материал о святости представлен в так называемых Священнических писаниях Пятикнижия (P).

I.1 Святость Бога

Преимущественно и даже исключительно понятие святости относится к Единому Богу. Святость всех других личностей и предметов определяется Богом. Это неотъемлемое качество Бога, отличающее Его от всех созданий и всего сотворенного. «Кто, как Ты, величествен святостью, досточтим хвалами, Творец чудес?» (Исх. 15:11). Святость Бога проявляется как неприкосновенное, недостижимое для человека, грозное и ужасающее величие, а также как притягательная, благодатная, благословляющая сила, как справедливый суд, а также как милость и любовь. Практически синонимом понятия святость выступает праведность Бога, понимаемая и как Божественная справедливость, и как Божественная верность Своему творению, Своим словам и обетованиям. Так, например, библейским символом святости и праведности Бога является радуга как знамение Завета между Богом и людьми: «Поставляю завет Мой с вами, что не будет более истреблена всякая плоть водами потопа, и не будет уже потопа на опустошение земли… Я полагаю радугу Мою в облаке, чтоб она была знамением [вечного] завета между Мною и между землею» (Быт. 9:11-13). Так в начале Библии. Этот же символ неприступной святости и праведности мы находим и в самом конце Библии, уже в новозаветной книге Откровения: «И вот, престол стоял на небе, и на престоле был Сидящий; и Сей Сидящий видом был подобен камню яспису и сардису; и радуга вокруг престола, видом подобная смарагду» (Откр. 4:2-3).

I. 2 Святость Имени Божия

Святость и, соответственно, освящение Имени Божия («да святится Имя Твое», Мф. 6:9), основано на одной из важнейших ветхозаветных заповедей: «Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно» (Исх. 20:7). Святость Имени Бога теснейшим образом связана со святостью Самого Бога. Дело в том, что, согласно древним представлениям, имя – не просто звук, но между именем и его носителем существует тесная взаимосвязь. В имени неким образом существует, присутствует его носитель, и поэтому имя содержит высказывание о сущности его носителя или нечто о присущих ему свойствах. Имя Божие, открытое Моисею (Исх. 3:14) при «неопалимой купине», само в себе уже несло мысль о святости Бога, о Его трансцендентности, абсолютном отличии от всего тварного. Даже в древнем переводе на греческий язык («Я есмь Сущий»), не совсем точно передающем оригинал, эта мысль о святости присутствует: Сущий – Тот, Кто «вечно есть», а не тот, кто лишь «бывает». В оригинале Имя Божие (в Исх. 3:14 звучит как «Эхье ашер эхье») означает одновременно как присутствие и покровительство Божие, так и Его абсолютную свободу и суверенность. В Своем ответе Моисею, в Своем Имени, Бог одновременно открывает Свое присутствие и в то же время утверждает, что Он абсолютно свободный Бог, Святой и непостижимый, Который не находится ни в чьем распоряжении. Поскольку в Имени Божием открывается присутствие Бога, из Имени говорит Сам Живой Бог, постольку люди не могут безразлично произносить это Имя. «Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно» – «облегченное» понимание заповеди, которая буквально звучит так: «Не произноси имени Господа Бога твоего в ничто», то есть чтобы не сделать его «ничтожным», подобным именами «ничтожных» богов язычества. Это абсолютный запрет на произнесение Имени Божия, запрет, утверждающий абсолютную святость Бога.

I. 3 Святость исходит от Бога

По Своему существу свят только Бог: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его!» (Ис. 6:3). Только от Бога исходит святость и освящение: «Я Господь, освящающий Израиля» (Иез. 37:28). Поэтому все прочее, – люди, вещи, дела, места, времена, – становятся святыми только тогда, когда Бог делает их Своими, тем самым освящая. Не человек творит святость. Святость исходит от Бога: «Я – Господь Бог ваш: освящайтесь и будьте святы, ибо Я [Господь, Бог ваш] свят… Итак будьте святы, потому что Я свят» (Лев. 11:44-45). Поскольку Он свят, то и нам следует быть святыми: «Объяви всему обществу сынов Израилевых и скажи им: святы будьте, ибо свят Я Господь, Бог ваш» (Лев. 19:2).

I. 4 Святость людей и предметов

Поскольку источник святости и ее первопричина – Сам Бог, всё, что называется святым помимо Бога, обязательно связано с Ним.

  • Ветхий Завет святым называет народ Израиля. Это народ Божий и потому представляет собой «царство священников и народ святой» (Исх. 19:6).
  • Святы священники, потому что избраны и освящены Богом: «И сказал Господь Моисею: объяви священникам, сынам Аароновым, и скажи им: … Они должны быть святы Богу своему и не должны бесчестить имени Бога своего, ибо они приносят жертвы Господу, хлеб Богу своему, и потому должны быть святы» (Лев. 21:1-6). Прежде всего это относится к первосвященнику, на золотой табличке которого начертано: «Святыня Господня» (Исх. 28:36).
  • Святыми признаются места откровения Божия. Они – место присутствия Бога, находятся в Его владении. Например, «святая земля» вокруг «неопалимой купины»: «И сказал Бог [Моисею]: не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая» (Исх. 3:5). Свят город Иерусалим: «Слушайте это, дом Иакова, называющиеся именем Израиля … Ибо они называют себя происходящими от святого города и опираются на Бога Израилева» (Ис. 48: 1-2); «Восстань, восстань, облекись в силу твою, Сион! Облекись в одежды величия твоего, Иерусалим, город святый! ибо уже не будет более входить в тебя необрезанный и нечистый» (Ис. 52:1).
  • Свято посвященное Богу время. Например, суббота (Исх. 35:2): «Шесть дней делайте дела, а день седьмой должен быть у вас святым, суббота покоя Господу: всякий, кто будет делать в нее дело, предан будет смерти» (Исх. 35:2). Святы праздники Господни и праздничные собрания: «Вот праздники Господни, священные собрания, которые вы должны созывать в свое время» (Лев. 23:4 и далее).
  • Священны предметы, если они служат Богу. Например, ковчег завета: «И сказал левитам, наставникам всех Израильтян, посвященным Господу: поставьте ковчег святый в храме, который построил Соломон, сын Давидов, царь Израилев; нет вам нужды носить его на раменах; служите теперь Господу Богу нашему и народу Его Израилю» (2 Пар. 35:3). Святы священные сосуды, богослужебная утварь: «И послал их Моисей … Финееса, сына Елеазара, [сына Аарона,] священника, на войну, и в руке его священные сосуды и трубы для тревоги» (Числ. 31:6). Святы жертвы: «Священники, приближающиеся к Господу, съедают священнейшие жертвы; там же они кладут священнейшие жертвы, и хлебное приношение, и жертву за грех, и жертву за преступление, ибо это место святое» (Иез. 42:13). Святы и неприкосновенны хлебы предложения: «И отвечал священник Давиду, говоря: нет у меня под рукою простого хлеба, а есть хлеб священный» (1 Цар. 21:4). Святой может быть вода: «И возьмет священник святой воды в глиняный сосуд, и возьмет священник земли с полу скинии и положит в воду» (Числ. 5:17). Свята десятина: «И всякую десятину из крупного и мелкого скота … должно посвящать Господу» (Лев. 27:32). Святы облачения священников: «И сделай священные одежды Аарону… для славы и благолепия» (Исх. 28:2).
  • Святым может быть путь: «И будет там большая дорога, и путь по ней назовется путем святым: нечистый не будет ходить по нему» (Ис. 35:8).

I. 5 Проблема Ветхозаветной святости

Современный читатель Ветхозаветных книг, особенно исторических, приходит в недоумение от описаний жестоких сцен насилия и массовых убийств, совершенных израильтянами в различных исторических ситуациях, причем не только по отношению к другим народам, но и к своему собственному. Так поступали и Давид, и Иисус Навин, которые в захваченных городах не оставляли в живых и младенца. Даже Моисей в пустыне повелел вырезать за отступление в язычество треть собственного народа. При этом Библия Ветхого Завета описывает эти, с современной точки зрения, ужасающие злодеяния не как грехи или заблуждения, а как прямое исполнение Божественных, а следовательно, святых указаний! Христианина всё это не может не смущать, так как не согласуется с его христианским представлением о Боге любви.

Эта проблема в истории толкования и в научной экзегетике получала множество самых разных объяснений, на которых здесь не место останавливаться. Пожалуй, для христианина должно быть ясным одно: Бог всегда и вовеки Один и Тот же, меняется лишь человек и степень постижения им откровения Бога о Себе Самом и Своей воле. Жестокость присуща не Богу, но греховному миру, она сопутствует человечеству и будет ему сопутствовать «доколе не прейдет небо и земля» (Мф. 5:18). Войны и насилия – та стихия, которая, как показывает исторический опыт, непреодолима собственными усилиями греховного человечества. Правдивые ветхозаветные исторические повествования лишь отражают реальность зла в мире, которое имеет разные степени глубины и интенсивности. Они отражают также грустный, но неизбежный выбор между разными степенями зла, как в языческой среде, так и в среде Израиля. И все чудо, и весь смысл Нового Откровения во Христе состоит в том, что Бог победил зло в самом корне, Сыном Своим основав Царствие Божие в сердцевине царства зла, греха и смерти.

Кроме того, как уже было указано, понятие ветхозаветной святости своим изначальным и преимущественным содержанием имеет нечто выходящее за рамки обычного, нечто трансцендентное, абсолютно непохожее на всё тварное. «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8) – это уже плод христианского Откровения. Святость Бога – в Его любви. И если мы будем рассматривать понятие святости в таком смысле, то, безусловно, герои Ветхого Завета будут слишком далеки от образцов христианской святости. Если же мы будем рассматривать святость как постепенное достижение Бого- и Христоподобия, как постепенное освящение человека Духом Святым, то мы будем также мене строги и к ветхозаветным героям. По словам святителя Григория Богослова, «весьма неблагородно и низко думать, что оскорбительно будет для подвижника напоминать о непохвальных делах его. В таком случае и великий Павел не заслуживал бы нашей похвалы, и мытарь Матфей принадлежал бы к людям самым порочным... Но Павел для того упоминает о прежних своих гонениях и о том, как изменился предмет его ревности, чтобы сравнением того и другого прославить больше Благодетеля». В таком случае мы смело можем назвать святым, например, и царя Давида. В любом случае, святость людей Ветхого Завета есть понятие относительное, условное. Как и всё прочее в Ветхом Завете, ветхая святость должна нами рассматриваться как «образы для нас» (1 Кор. 14:6), как «тень будущего, а тело – во Христе» (Кол. 2:17).

II. Святость в Новом Завете

В Священном Писании Нового Завета святой (hagios), святость – свойство Бога, которое народ Божий призван отразить в своей жизни. Люди призваны «служить Ему в святости и правде пред Ним, во все дни жизни нашей» (Лк. 1:75), очищать себя «от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием» (2 Кор. 7:1), чтобы «облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины» (Еф. 4:24).

II.1 Святость Бога

Говоря о Боге Отце, Новый Завет использует слова из Ветхого Завета: «Свят, Свят, Свят Господь Бог Вседержитель» (Откр. 4:8, цит. Ис. 6, 3). Сам Господь Иисус Христос в молитве обращается к Богу со словами: «Отче Святый» (Ин. 17:11). Сын Божий называется «Святым», что свидетельствует о Его Божественном происхождении. Поскольку Святой Дух Божий снизошел на Марию, постольку «и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим» (Лк. 1:35). Эта Божественная сущность Иисуса Христа проявляется, например, в те моменты, когда даже бесы, подчиняясь Ему, называют Его «Святым Божиим» (Мк. 1:24).

Святость Бога Творца, Его абсолютная трансцендентность, особенно явственно изображена в 4-й главе книги Откровения. Когда Иоанн «в Духе» восхищается на небо, в трансцендентную Божественную сферу вечного и святого, он способен описать только сияющую славу Божию, но не Его образ: «И тотчас я был в Духе; и вот, престол стоял на небе, и на престоле был Сидящий; и Сей Сидящий видом был подобен камню яспису и сардису; и радуга вокруг престола, видом подобная смарагду» (Откр. 4, 2-3).

II. 2 Святость Ангелов, пророков, апостолов

Святыми в Новом Завете Сам Господь Иисус называет Ангелов, которые будут сопровождать грядущего во славе Сына Человеческого: «Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей» (Мф. 25:31). Святыми называются ветхозаветные пророки: Бог Свои обетования «возвестил устами бывших от века святых пророков Своих» (Лк. 1:70). Святыми названы также Апостолы и новозаветные пророки. Им открыта тайна Христова, «которая не была возвещена прежним поколениям сынов человеческих, как ныне открыта святым Апостолам Его и пророкам Духом Святым» (Еф. 3: 4-5). Иоанн Креститель назван «мужем праведным и святым» (Мк. 6:20).

II. 3 Святость Церкви

В посланиях святого апостола Павла святость присуща новому народу Божию, Церкви Христовой. Будучи «Апостолом языков», и признавая святость ветхозаветного Израиля, Апостол пишет о Церкви из язычников: «Если начаток свят, то и целое; и если корень свят, то и ветви» (Рим. 11:16). Всех крещеных христиан он называет «избранными святыми» (Рим. 1:7; 1 Кор. 1:2). Это те, «которые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по Духу» (Рим. 8:1) и являются членами Тела Христова, то есть Церкви. Причастность людей к святости как свойству, присущему Богу (Еф. 4:24, цит. выше), – одна из главных тем Нового Завета, в то время как святые предметы, в отличие от Ветхого Завета, здесь прямо не упоминаются. Такие выражения как «святый град» (Мф. 27:53) и «святое место» (Деян. 6:13) употреблены в их ветхозаветном значении. Новым «святым местом», то есть новым храмом Божиим становится Тело Христово, Его Церковь, и этот «храм Божий свят; а этот храм – вы» (1 Кор. 3:17).

II. 4 Проблема Новозаветной святости

Читая Писания Нового Завета, мы не можем не заметить, что свойство «святые» приписывается всем крещеным во Христа верующим. Иначе говоря, в Новом Завете все христиане называются святыми. Современному рядовому читателю это может показаться странным, тем более что, например, в посланиях апостола Павла он читает, что тех людей, который Апостол только что назвал «святыми», он вслед за тем начинает обвинять во всевозможных проступках против христианской нравственности.

Так, например, в Первом послании к Фессалоникийцам Апостол, благодаря Бога за их избрание, восхваляя их за веру, надежду и любовь, называя их образцами для всех верующих, то есть фактически признавая их святыми (1 Фес. 1), в то же время призывает их к освящению: «воля Божия есть освящение ваше», мягко выговаривая им: «чтобы вы воздерживались от блуда» (1 Фес. 4:3).

Или в Первом послании к Коринфянам апостол Павел, обличая блудодеяние, которое завелось в среде коринфских христиан, и упрекая их в снисходительном отношении к этому преступлению, «какого не слышно даже у язычников» (1 Кор. 5:1), призывает коринфян: «очистите старую закваску, чтобы быть вам новым тестом». Но тут же он утверждает следующее: «так как вы бесквасны, ибо Пасха наша, Христос, заклан за нас» (1 Кор. 5:7). То есть Коринфская церковь, с одной стороны, чиста и свята, но с другой стороны, ей еще надо очиститься, то есть освятиться.

Как объяснить это внешнее противоречие? Самое распространенное объяснение таково: Священное Писание Нового Завета называет людей святыми не за их высокие нравственные добродетели, не потому, чтобы они уже были чистыми, но потому, что они отделены для Бога и призваны к чистоте. Они призваны к иной, новой жизни. Эту мысль неоднократно высказывает апостол Павел: «Умоляю вас, братия, милосердием Божиим, предоставьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего, и не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что (есть) воля Божия, благая, угодная и совершенная» (Рим. 12:1-2).

Другое, более глубокое объяснение внешнего «парадокса»: «вы уже святы, поэтому вам нужно освящение», – состоит в самом понятии «спасение». Спасение имеет две стороны: объективную, от людей не зависящую, и субъективную, зависящую от каждого конкретного человека. «Мы спасены в надежде», – пишет апостол Павел (Рим. 8:24). И еще сильнее: «Нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом, – благодатью вы спасены, – и воскресил с Ним, и посадил на небесах во Христе Иисусе» (Еф. 2:5-6); «благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар» (Еф. 2:8). Божий дар! – Это объективная, Божественная сторона спасения. От человека зависит принять этот дар или отвергнуть его. Это – субъективная сторона, зависящая от свободной воли человека. Апостол неоднократно сравнивает состояние человека в этом мире с заключением под стражей греха. Заключенным в этой темнице приходит Евангелие, Благая Весть о Божественном искуплении Крестом Сына Божия. Это – от Бога. От человека теперь зависит сделать шаги навстречу распахнутой двери темницы. Отсюда и объективность спасения и святости, и субъективная необходимость в освящении. При этом усилия человека с его немощной волей поддерживаются помощью Духа Святого: «Также и Дух подкрепляет нас в немощах наших… Сам Дух ходатайствует за нас… Испытующий же сердца знает, какая мысль у Духа, потому что Он ходатайствует за святых по воле Божией» (Рим. 8:26-27).