Русская Православная Церковь
Московский Патриархат

Календарь
новомучеников
Документы, публикации

Виктор Николаевич Звягин. Доктор медицинских наук, профессор, ФГБУ «Российский Центр судебно-медицинской экспертизы» Минздрава России. Адмирал Ушаков: «Посмертная судьба» останков

Теперь мы видим как бы сквозь тусклое

стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу;

теперь знаю я отчасти, а тогда

познаю, подобно как я познан.

1 Коринфянам, гл. 13, ст. 12

 

Вводные замечания

В настоящей статье сообщаются результаты исследования останков адмирала Ф.Ф. Ушакова. Исследование охватывало значительный промежуток времени: было начато в 1944 году известным антропологом, профессором М.М. Герасимовым с целью восстановления облика адмирала по черепу в связи с учреждением ордена и медали Ушакова, продолжено в 1999-2000 гг. автором настоящей статьи в связи с предполагаемой канонизацией адмирала Ушакова и завершилось спустя 9 лет после прославления адмирала Ф.Ф. Ушакова (4-5 августа 2001 г.) в связи с находкой фрагментов святых его мощей на месте бывшего захоронения адмирала в Санаксарском монастыре.

Краткие биографические сведения

Величайший флотоводец, адмирал Российского флота Федор Федорович Ушаков родился 13 февраля 1745 года в сельце Бурнаково Ярославской губернии и происходил из небогатого, но древнего дворянского рода. Обучался в Морском шляхетском корпусе (1751–1766), который окончил успешно, одним из первых, и получил офицерский чин.

С тех пор вся жизнь Ф.Ф. Ушакова от мичмана до адмирала была наполнена преданным служением Отечеству. С именем адмирала Ушакова связаны многие яркие страницы истории русского флота, а сам он заслуженно стяжал славу отца моряков русских.

3 июля 1788 года в сражении у о. Фидониси он командовал авангардом и нанес поражения турецкому флоту. В 1789 году произведен в контр-адмиралы и годом позднее назначен командующим Черноморским флотом. 8 июля 1790 года нанес поражения турецкому флоту у мыса Таклы, 31 июля разгромил турецкий флот у мыса Калиакрия, 28-29 августа – у о. Тендра. В 1773 году произведен в вице-адмиралы.

Венцом карьеры адмирала Ушакова явилась знаменитая Средиземноморская кампания 1798-1800 годов. В 1798 году, соединившись с союзной эскадрой турецкого флота, освобождал от французских оккупационных войск о. Корфу, о. Цериго, о. Занте, о. Видо. 1799 год – произведен в адмиралы. Участвовал в освобождении южного побережья Италии. 1800 год – прибыл с эскадрой на о. Корфу, где принял непосредственное участие в устроении политической жизни Республики Семи объединенных островов. 26 октября – вернулся с эскадрой в Севастополь. Во время Средиземноморской кампании он показал себя не только как великий флотоводец, но и как мудрый государственный деятель, политик и дипломат, христианин-милосердец и благодетель освобожденных народов [2].

21 января 1807 года Ф.Ф. Ушаков по прошению уволен «...за болезнию, от службы с мундиром и положенным жалованием» [1]. Вот как объясняет свое желание уйти в отставку сам Ф.Ф. Ушаков: «Ноне же при старости лет моих отягощен душевной и телесной болезнью и опасаюсь при слабости моего здоровья быть в тягость службе и посему всеподданнейше прошу, дабы высочайшим Вашего Императорского Величества указом повелено было за болезнью моей от службы меня уволить...» [3]. Имеются сведения, что на протяжении многих лет он наблюдался доктором Мотика [4].

Отойдя от служебных дел, отставной адмирал до 1810 года оставался в Санкт-Петербурге, где с него делают первый и единственный живописный портрет, а затем избирает для жительства тихую деревню Алексеевка в Темниковском уезде Тамбовской губернии вблизи от Санаксарского монастыря. В годы французского лихолетья на губернском собрании дворянства в 1812 году адмирала Ушакова избирают начальником внутреннего Тамбовского ополчения, но в связи с болезнью от этого предложения он отказывается.

Современники вспоминали, что Федор Федорович, постоянно бывая на службе в Санаксарском монастыре, «выстаивал наравне с монастырской братией. А в Великий пост по целой неделе жил в монастыре в своей келье. В общении с братией адмирал находил себе участие и поддержку.

От них услышал он много рассказов и добрых слов в адрес дядюшки – иеромонаха Феодора[1]... Продолжая богоугодные дела своего дяди, Федор Федорович с большим участием относился к бедным и страждущим, не жалея для них своих средств...». Так, наполненная благотворительностью, протекала жизнь отставного адмирала [5].

Ф.Ф. Ушаков скончался в своем имении в октябре 1817 года и был похоронен у северной стены соборной церкви Рождества Пресвятой Богородицы Санаксарской обители неподалеку от могилы родного дяди – иеромонаха Феодора. Позднее над могилой Ушаковых был поставлен памятник, а в 1904 году часовня (рис. 1), которая была снесена в 1932 году, а памятник передвинут.

Рис. 1. Часовня и надгробный памятник над могилами иеромонаха Феодора и адмирала Ф.Ф. Ушакова – у северной стены соборной церкви Рождества Пресвятой Богородицы. Фото 1916 г.

Первое обретение останков в 1944 году

В 1944 году в целях выяснения действительного места погребения адмирала Ф.Ф. Ушакова и восстановления его облика по черепу (в то время учреждались орден и медаль Ушакова) по распоряжению Народного Комиссара Военно-морского флота Кузнецова Н.Г. была создана Комиссия Военно-морского флота (руководитель работ – проф. М.М. Герасимов, председатель – капитан 3-го ранга Амелин), которая и провела вскрытие захоронения [2] (рис. 2).

 

Рис. 2. Эксгумация останков адмирала Ф.Ф. Ушакова (комиссия Военно-морского флота. На переднем плане – проф. М.М. Герасимов и капитан 3-го ранга Амелин, 1944 г.)

Раскопки могилы Ушакова начаты 18 августа у северной стены монастырской церкви со стороны фундамента снесенной часовни. Кирпичный, частично завалившийся склеп был найден на глубине 1,4 метра.

Комиссия обнаружила следы грабительского вскрытия склепа и гроба Ф.Ф. Ушакова, грубые нарушения анатомического положения костей скелета и плохую их сохранность («кости рыхлые, легко могут быть раздавлены пальцами»).

В Акте вскрытия могилы от 20 августа 1944 года подробно описываются одежда усопшего: остатки сапог «с очень узким следом и твердым высоким голенищем», наличие правого адмиральского погона «с золотым шитьем и тремя черными орлами», обрывки мундира «зеленого цвета с золотым шитьем», лежавшие вперемешку «с обрывками замши», а также «мелкие медные пуговицы и маленький деревянный нательный крест (кипарис)». При осмотре левой бедренной кости «было обнаружено с внутренней стороны верхнего эпифиза старое ранение, в результате которого произошла сильная деформация всей верхней части бедра...».

Что касается черепа, то он, судя по описанию, прекрасно сохранился, вплоть до тончайших костей носа. На своде черепа имелись остатки седых волос, длиной около 5 сантиметров, в подбородочной области – седые волосы до 3 миллиметров длиной. На лбу сохранился шелковый венчик с частью надписи: «оживеши... помилуй». Комиссия признала, что «состояние черепа таково, что делает целесообразным и возможным работу по восстановлению внешнего облика покойного адмирала. Для чего череп был изъят из числа остальных костей...». Обнаруженные остатки мундира, обивки гроба, его ручки изъяты для научной обработки и экспозиции в Центральном Военно-морском Музее. Кости, доски старого гроба и прах «были уложены в специально изготовленный гроб и погребены на месте старой могилы на глубине 1 метр от поверхности. Над местом захоронения положена каменная плита родственницы адмирала Ушакова...».

Атрибуция скелета и реконструкция лица по черепу

Указанные виды работ были проведены М.М. Герасимовым, однако посткраниальный скелет не исследовался и физические особенности адмирала Ушакова так и остались не выясненными.

Идентификация останков адмирала Ушакова основывалась на сопутствующих предметах захоронения. «...Остатки морского мундира александровской эпохи, золотое шитье воротника, бортов, манжет... совершенно сохранившийся адмиральский погон с тремя черными орлами на золотом поле... безапелляционно решило вопрос о подлинности найденного праха, то есть, о несомненной принадлежности его Ф.Ф. Ушакову...» [6].

При исследовании черепа М.М. Герасимов отметил укороченные пропорции мозгового отдела, невысокое и широкое, малопрофилированное лицо, короткий и широкий нос, тяжелый и выступающий подбородок (рис. 3). Но в тоже время обратил внимание на трудности определения верхней и полной высоты лица[2].

Рис. 3. Схема черепа Ф.Ф. Ушакова, выполненная М.М. Герасимовым

Работе над пластической реконструкцией предшествовало исследование портрета адмирала Ушакова. К сожалению, это была всего лишь копия (рис. 4), выполненная в 1873 году С. Александровым с прижизненного портрета (рис. 5), о чем М.М. Герасимов даже не подозревал. Но обратимся к тексту. «...Для решения вопроса о степени расхождения черепа с живописным портретом было произведено следующее: точная графическая схема черепа была вписана в лицо портрета, и сразу стала очевидна степень искажения подлинного облика адмирала (рис. 6). Череп оказался значительно короче и шире живописного лица. В александровскую эпоху был в моде живописный прием, так называемый давидовский канон, по которому в целях придания большего благородства и якобы аристократизма оно заведомо удлинялось, причем живописец все же старался сохранить ряд индивидуальных черт портретированного, так что несмотря на полное несовпадение основных габаритов черепа с размером живописного портрета, ряд деталей, несомненно, свидетельствуют о единстве, что убеждает нас в том, что данный портрет был действительно написан с натуры при жизни Ф.Ф. Ушакова...».

Рис. 4. Портрет № 2. Адмирал Ф.Ф. Ушаков, копия с портрета № 1, работы художника С. Александрова (1873 г.)

Рис. 5. Портрет № 1. Адмирал Ф.Ф. Ушаков, художник Петр Бажанов (начало XIX века). Хранится в Государственном Эрмитаже в Санкт-Петербурге

Рис. 6. Схема совмещения портрета и черепа Ф.Ф.Ушакова, выполненная М.М. Герасимовым в 1944 г.

Сопоставляя пластическую реконструкцию облика Ф.Ф. Ушакова, выполненную по черепу, М.М. Герасимов вновь обращается к недостаткам живописного портрета адмирала: «...полученный документальный портрет (рис. 7) в значительно большей степени отвечает описаниям современников и нашим представлениям о внешности адмирала, чем ранее принятый канонизированный живописный портрет, написанный с определенной претензией и манерностью. Предлагаемый портрет Ф.Ф. Ушакова свидетельствует о значительной его физической силе, большом уме, большой моральной воле, то есть о тех качествах, которыми и был наделен по свидетельству современников адмирал Ф.Ф. Ушаков, заслуженно стяжавший себе славу отца моряков русских...».

 

Рис. 7. Пластическая реконструкция облика адмирала Ф.Ф. Ушакова по черепу, выполненная М.М. Герасимовым

По окончании работы череп был вновь погребен в Санаксарском монастыре, реконструкция облика Ушакова заняла свое место в Музее Военно-морского флота в Санкт-Петербурге.

Второе обретение останков в 1999 году

В мае 1999 года при выполнении земляных работ[3] на территории Санаксарского монастыря, у северной стороны собора на месте разрушенной часовни над могилами адмирала Ф.Ф. Ушакова и иеромонаха Феодора обнаружены четыре захоронения, три из которых бесспорно принадлежали священнослужителям, в том числе дяде адмирала. Захоронение последнего находилось в склепе и ранее вскрывалось дважды. В первый раз перед строительством часовни в 1904 году, о чем свидетельствует обрывок газеты в гробе, происхождением начала ХХ столетия, а также пуговицы на подряснике преподобного Феодора (Ушакова), изготовление которых можно отнести к концу ХIХ начала ХХ столетия. Все это позволило Е. Поселянину, хорошо осведомленному в данном вопросе, в книге «Русская Церковь и русские подвижники 18-го века», вышедшей в 1905 году, написать: «Тело его и в земном покое не предалось тлению»[4]. И второй раз в 1944 году, когда после того, как часовня над могилой была снесена и уже не определялась с полной точностью, исследователи, натолкнувшись на склеп преподобного Феодора (Ушакова), разрушили его верхнюю часть и обнаружили монашеское облачение. После чего исследователи приступили к поиску захоронения адмирала.

Четвертое захоронение располагалось в импровизированной кирпичной камере П-образной формы (без скрепляющего раствора). Камера выходила в раскопочную траншею своим восточным торцом и была перекрыта сверху металлической плитой с рельефным текстом: «...против сего места погребены тела вдов...» Погребение содержало неполный скелет пожилого мужчины, остатки совершенно истлевшей древесины с коваными гвоздями квадратного сечения[5], отдельные фрагменты материи зеленого цвета и кожи обуви. Анатомическое расположение костных останков нарушено по сегментам продольной оси и стороне локализации.

Данные обстоятельства в совокупности указывали на повторное захоронение останков человека, а также на то, что именно это погребение было сделано в 1944 году «на месте старой могилы» Ушакова комиссией Военно-морского флота. В пользу данной версии говорили также общий вид черепа, идентичный (рис. 3) из публикации [6] и наличие восковой пластинки, перекрывающей просвет грушевидного отверстия[6].

Вместе с тем, обнаружены некоторые несоответствия. Так, в Акте вскрытия могилы Ф.Ф. Ушакова от 20 августа 1944 года отмечено [2]:

1. «Кости скелета чрезвычайно плохой сохранности... Кости рыхлые и легко могут быть раздавлены пальцами... Череп сохранился очень хорошо».

Между тем, кости из этого захоронения за исключением фрагментированных ребер, левой бедренной кости, костей плечевого пояса и некоторых других, сохранились неплохо и допускают остеометрические исследования без нарушения своей целостности.

2. «Останки праха как-то: кости, а равно и доски гроба... уложены в специально изготовленный гроб и погребены на месте старой могилы... причем над местом захоронения положена каменная плита родственницы адмирала Ушакова».

Как мы видим, характеристика обнаруженной погребальной камеры не соответствует данному описанию. Также нет никаких следов «специального изготовленного гроба» и надгробной каменной плиты.

3. «При рассмотрении левой бедренной кости было обнаружено с внутренней стороны верхнего эпифиза старое ранение, в результате которого произошла сильная деформация всей верхней части бедра».

При осмотре правой бедренной кости из захоронения обнаружены следы зажившего повреждения головки, к тому же без существенной деформации кости. Проверить наличие травмы головки левой бедренной кости в связи с ее фрагментацией не представлялось возможным, но деформация «всей верхней части бедра» отсутствует.

Заметим также и то, что некоторые исследователи до сих пор сомневаются в подлинности могилы, вскрытой М.М. Герасимовым в 1944 году и, следовательно, в истинности реконструкции лица Ф.Ф. Ушакова по черепу. При этом они обращают внимание на послужные списки адмирала Ф.Ф. Ушакова, где указание на какие-либо ранения адмирала, в том числе бедра, отсутствует.

Групповые и индивидуализирующие признаки личности

Костные останки, обнаруженные 23 мая 1999 года в Рождество-Богородичном Санаксарском монастыре, исследованы в Отделе судебно-медицинской идентификации личности (ныне Отдел медико-криминалистической идентификации) РЦ СМЭ под руководством В.Н. Звягина. В распоряжении экспертов также имелись цветная фотокопия прижизненного художественного портрета Ф.Ф. Ушакова (рис. 5) и фотокопии всех его вариантов, в т.ч. работы Александрова (рис. 4), фотоснимки черепа дяди адмирала Ушакова, иеромонаха Феодора, результаты краниометрии, выполненной М.М. Герасимовым. Авторы имели также возможность детального ознакомления с бюстом Ф.Ф. Ушакова (рис. 7), хранящимся в Лаборатории пластической реконструкции института Этнологии и антропологии РАН.

При исследовании использованы методы остео- и краниометрии по полной программе Martin (1928) и Van Vark (1975), рентгенография, эмиссионный спектральный анализ, инфракрасная спектрофотометрия. Сравнительное исследование графических изображений проводили с помощью оригинальных компьютерных технологий. В процессе всех этих исследований была установлена бесспорная принадлежность костных останков адмиралу Российского Флота Федору Федоровичу Ушакову (1745–1817 гг.), на чем мы более подробно остановимся ниже.

Как выяснилось, масштабированные изображения черепов анфас и профиль иеромонаха Феодора и адмирала Ф.Ф. Ушакова в анфас и профиль соответствуют друг другу по абсолютным размерам, краеобразующим контурам и форме основных элементов. Имеющиеся различия сравниваемых черепов, не считая тех, которые связаны с зубо-челюстным аппаратом, не существенны и не выходят за пределы индивидуальных анатомических вариаций (рис. 8).

     

Рис. 8. Сегментный монтаж изображений черепов иеромонаха Феодора и адмирала Ушакова (Акт МК №2/2000 ОИЛ от 20.03.2000 г.)

Подобное морфологическое сходство может иметь место только у близких родственников. Признаки внешности, которыми был наделен Ф.Ф. Ушаков, унаследованы, таким образом, по мужской линии.

Сравнительное исследование черепа адмирала Ф.Ф. Ушакова и прижизненного художественного его изображения (портрет № 1), проведенное традиционными методами (скольжение, наложение, «словесный портрет»), а также с использованием современных компьютерных технологий (координатный анализ, количественный «словесный портрет»), свидетельствуют о достоверной их принадлежности одному и тому же человеку (рис. 9).

Рис. 9. Масштабированные изображения черепа и прижизненного портрета адмирала Ф.Ф.Ушакова с совмещенными краниометрическими и физиономическими точками по методике POSKID 1.0

Полученные результаты допускают суждения о том, что:

– портрет № 1 адмирала Ф.Ф. Ушакова был написан с натуры (см. рис. 5);

– автор портрета № 1 адмирала Ф.Ф. Ушакова отличался высоким профессиональным мастерством;

Результаты настоящего исследования подтвердили факт эксгумации останков адмирала Ф.Ф. Ушакова и правильность их идентификации, проведенной в 1944 году проф. М.М. Герасимовым по сопутствующим предметам погребения (остатки морского мундира александровской эпохи, золотое шитье воротника, бортов, манжет, правый адмиральский погон с тремя черными орлами на золотом фоне и др.).

Мнение М.М. Герасимова [6] о том, что «столь широко известный портрет Ф.Ф. Ушакова[7] (см. рис. 4), представляющий собой канонизированный образ адмирала, по существу дает ложное, неверное представление...», по нашему мнению, основанное на недостаточно корректном наложении контурных схем черепа и портрета Ушакова, выполненных без учета масштаба и ракурсного положения сравниваемых объектов. Справедливости ради заметим, что материально-техническая и методическая база для подобных сравнительных исследований в 40-х и 50-х годах ХХ века еще отсутствовала.

Не находит подтверждения и вывод М.М. Герасимова о том, что «...череп Ф.Ф. Ушакова значительно короче и шире живописного лица...». Более того, общие размеры лица на скульптурной реконструкции Ф.Ф. Ушакова весьма близки к тем, которые запечатлены на прижизненном живописном портрете Ф.Ф. Ушакова.

Суммарная высота коронок, которой по-видимому руководствовался М.М. Герасимов для определения физиологического положения беззубой нижней челюсти и, следовательно, полной высоты лица Ф.Ф. Ушакова, не является единственно возможным и доказательным критерием, что понимал хорошо и сам исследователь, обозначая этот размер «105 мм (?) отсутствие зубов». Регрессионный прогноз [7] дает в среднем величину 115,6 мм. Отсюда следует, что высота лица на реконструкции Ф.Ф. Ушакова уменьшена более чем на 10 мм.

Следует отметить, что портреты № 1 и № 2 Ф.Ф. Ушакова близки друг к другу, обнаруживая все же различия в общей асимметрии лица и размерах отдельных деталей: глаз, бровей, лба и основания носа.

По особенностям строения черепа Ф.Ф. Ушаков относился к среднеевропейскому антропологическому типу, обычному для русского населения Восточно-Европейской равнины. Данный тип характеризуется: умеренным ростом волосяного покрова на теле, средним или хорошим ростом бороды, средней пигментацией волос на голове (шатены), прямой или волнистой их формой, светлым цветом кожи, светлыми глазами (в 30–50 % случаев), малой или средней высотой лица, средними значениями горизонтальной профилировки.

Соотношение размеров отдельных частей тела (туловища, конечностей и их сегментов) у Ф.Ф. Ушакова также соответствует группам современного русского населения.

Адмирал Ф.Ф. Ушаков, судя по состоянию посткраниального скелета (табл. 2), отличался тонким (грацильным) телосложением, средним ростом (165–168 см)[8], небольшой головой (соответствует 54 размеру головного убора), средней длиной рук и ног, довольно узкими плечами[9] и тазом, небольшими и узкими ступнями (соответствуют 38-40 размеру обуви), узкими и длинными кистями рук (с уменьшенной разницей в длине II–V пальцев, как это и запечатлено на портрете № 1).

Таблица 1. Определение соматических особенностей Ф.Ф. Ушакова

Соматические параметры

Минимум – максимум

Длина тела, см

165–168

Длина корпуса, см

75,1–77,73

Длина ноги в целом, см

88,6–89,1

Длина бедра, см

45,5–45,6

Длина голени, см

33,5–33,6

Высота стопы, см

8,8

Длина стопы, мм

237–252

(38–40 размер обуви)

Ширина стопы, мм

95,73±5,085

Длина руки, см

75,6±3,2

Длина плеча, см

31,3–32,3

Длина предплечья, см

22,7–22,9

Длина кисти, мм

205–211

Ширина кисти, мм

78,7–79,7

Ширина плеч, см

35,1–37,9

Ширина таза, см

27,0

Окружность головы, мм

541,7–543,7

(54 размер головного убора)

Масса тела, кг

64–69

Наиболее вероятно, что Ф.Ф. Ушаков обладал грудным или грудно-мускульным соматотипом, для которых характерно: довольно слабое развитие опорно-двигательного аппарата, слабое или среднее развитие мускулатуры; пониженное жироотложение; плоская или уплощенная грудная клетка и плоский живот. Исходя из этого, представляется сомнительным, что Ф.Ф. Ушаков обладал значительной физической силой и в отрочестве ходил на медвежью охоту.

Для Ф.Ф. Ушакова была характерна неравномерность возрастной инволюции различных сегментов скелета с общей тенденцией к замедленному (гипогерическому) темпу старения. Установленный нами биологический возраст Ф.Ф. Ушакова составлял 67 ± 5 лет. Данный вывод соответствует воспоминаниям современников о том, что «Ф.Ф. Ушаков был... сухощав... лицо имел моложавое приятное, и в глубокой старости всегда играл на оном румянец...» [1].

Как нам кажется, наибольшие отличия реконструкции (рис. 7) от прижизненного портрета Ф.Ф. Ушакова (рис. 5) касаются конституциональной и возрастной моделировки внешности. На реконструкции она не соответствует воспоминаниям современников и вновь полученным данным.

В детском, а скорее подростковом возрасте, Ф.Ф. Ушаков перенес болезнь Легга-Кальве-Пертеса – частичный асептический некроз головки правой бедренной кости, последствия которой он мог ощущать всю жизнь. Для заболевания характерны неопределенные жалобы, различной интенсивности боли в правом тазобедренном суставе, усиливающиеся при ходьбе, чувство тугоподвижности в суставе (временами). Диагноз находит подтверждение в результатах рентгенографического исследования и инфракрасной спектрофотометрии костного вещества.

В последние годы жизни Ф.Ф. Ушаков страдал пародонтозом. Клиническим проявлениями заболевания являлись атрофия альвеолярного края челюстей, расшатывание и выпадение зубов, поддесневые абсцессы и вторичный гайморит.

Среди других заболеваний, имевшихся у Ф.Ф. Ушакова, следует отметить пяточную шпору на правой ноге (сопровождалась периодической болезненностью при ходьбе) и деформирующий артроз срединного атлантоосевого сустава (вызывал ограничение движений при повороте головы и отчетливо слышный скрип).

В костях Ф.Ф. Ушакова обнаружено повышенно содержание свинца, которое свидетельствует о длительном пребывании его в геохимическом регионе, неблагополучном по этому элементу. Этим регионом мог быть, в частности, Санкт-Петербург [14].

Признаки внешности адмирала Ф.Ф. Ушакова, установленные нами по черепу и посткраниальному скелету, вполне соответствуют его облику на прижизненном портрете и, как видим, на его иконописном образе (рис. 10).